«Я заходил в кабинет, чтобы занести конверт с деньгами»

Таланский начал говорить о суммах, которые он начал передавать Ольмерту. Речь идет о том, когда, где, кому и сколько он передавал. Сейчас ясно одно, что речь идет о десятках тысяч долларов. Пока Таланский признался в передаче 150 тысяч долларов.

«Я не надеялся получить что-либо от Ольмерта, и не получил от него ничего», - сказал Таланский. Это очень серьезное заявление с точки зрения снятия обвинения во взяточничестве.

Когда Таланский познакомился с Ольмертом в 1992 году, тот произвел на американского миллионера прекрасное впечатление. Поэтому Таланский сразу спросил, чем он может помочь столь перспективному политику и лидеру, на что Ольмерт ответил, что помочь ему можно материально, желательно, наличными. «Я спросил его, почему я не могу выписать чек, а он сказал, что из-за того, что на чеке надо указывать имя предъявителя, это будет непросто, поэтому я дал ему наличными».

На вопрос, заходил ли он в кабинет Ольмерта, Таланский ответил: «Да, я заходил, чтобы занести деньги в конверте».

Связь между Таланским и Ольмертом не закончилась с уходом последнего с поста мэра Иерусалима. Деньги продолжали поступать Ольмерту через Шулу Закен и в тот период, когда он был министром промышленности и торговли. «Я передавал деньги Шуле, но я помню, что, по крайней мере, один раз Ольмерт был с ней».

Генеральный прокурор Моше Ладор спросил, как передавались деньги, и Таланский ответил кратко: «В конвертах, не более восьми – девяти тысяч долларов в каждом конверте. Меня всегда проверяли на таможне в аэропорту, а это были именно те суммы, которые можно было провозить».

- Как Вы знали, сколько денег положить в конверт при встрече с Закен? – спросил Ладор.

«Человек, к кторому я приходил в гости, давал мне деньги, я вкладывал их в конверт и отдавал Закен».

- Как Вы узнавали, что Ольмерту нужны деньги?

«От Закен. В Америке я отдавал ему деньги напрямую, Закен сообщала мне, в каком номере он остановился».

- Они давали квитанции?

«Нет».

Деньги Ольмерту передавались наличными, чеками и кредитками. «Шула всегда говорила о расходах, но в подробности не вдавалась. Ольмерт объяснил, что это расходы на праймериз. Он объяснил, что нужно платить за плакаты, людям, работающим в его предвыборном штабе, и прочее».

-А как обстояло дело с расходами в Америке?

«Организация соглашалась оплатить ему полеты в бизнес-классе, но не первым классом. Я знаю, что иногда деньги шли именно на это. Я только знаю, что у него были расходы на сигары, дорогие сигары».

Адвокаты отмечают, что противозаконным в действиях Ольмерта и компании является отсутствие отчетности. Кроме того, судя по показаниям. Адвокат Ури Мессер хранил наличные своего клиента в сейфе, что не принято в адвокатской практике, так как вызывает законные вопросы со стороны правоохранительных органов – полиции, ревизоров, налогового управления. Адвокаты открывают так называемые счета доверия для своих клиентов, когда речь идет о крупных сделках с недвижимостью, например, но хранение денег клиента в сейфе наличными без какой-либо отчетности выходит за рамки законной практики.

Редакция 1 телеканала сочла нужным показать архивные записи «обмена любезностями» между нынешним президентом Верховного суда Доррит Бейниш, его прежним президентом Аароном Бараком и министром юстиции, ставленником Ольмерта, Даниэлем Фридманом, начавшим реформу Верховного суда.

Комментаторы в студии обещают, что позиционные бои будут упорными и затяжными.

Намек, данный редакцией 1 канала, подтверждает предположения обозревателей СК о том, что мина, на которой подорвался Ольмерт, называется не «Моше Таланский», а «реформа Верховного суда», и даже обещание сдать Голаны Сирии вряд ли спасет премьера.

Публикацию подготовила В. Вексельман

Таланский: «Я любил Ольмерта, а он любит дорогие подарки»

Только что стали известны дополнительные подробности свидетельских показаний гражданина США Моше (Морриса) Таланского, которые он дает с сегодняшнего утра (27 мая) в ходе беседы с генеральным прокурором Моше Ладором.

В ходе четвертого часа слушаний в Иерусалимском окружном суде М.Таланский рассказал о том, что он «очень любил» Эхуда Ольмерта и считал его «наследным принцем» партии «Ликуд». По утверждению Таланского, он не просил никаких «ответных» подарков или льгот от своего любимца, который, во время визитов в США, предпочитал останавливаться (разумеется, за счет американского спонсора) в роскошных апартаментах самых дорогих отелей Нью-Йорка и Вашингтона.

Кроме того, как сообщил сегодня свидетель из США, г-н Ольмерт проявлял повышенный интерес к дорогим сигарам, часам, а также авторучкам и получал все это от Таланского.

«Я помогал ему исключительно как благотворитель, используя личные средства, и не брал у Ольмерта ни расписок, ни документов, которые позволили бы мне затребовать израсходованные деньги у Налогового управления как «некоммерческие пожертвования», - сказал свидетель из США и продолжил:

«Г-н Ольмерт приезжал в нашу страну не только для сбора пожертвований на политические нужды, но и для того, например, чтобы побывать на выставке произведений своей жены Ализы. Я профинансировал это мероприятие, но сам на выставке не был. В знак признательности за свою помощь я получал от супругов Ольмерт поздравительные открытки, а также был приглашен на свадьбу их сына, проживающего в США».

Бывший принц «Ликуда» брал подарки по-королевски

В иерусалимском окружном суде разыгрывается теленовелла о большой и щедрой любви американского бизнесмена к бывшему наследному «принцу» «Ликуда» и обманутом доверии. «Я не думал, что дело дойдет до астрономических сумм, некоторые суммы он брал так ссуду, но потом не возвращал». По словам Таланского, он передал Ольмерту из своего кармана 150 тысяч долларов.

«Я давал Ольмерту деньги, потому что верил в него, верил, что эти деньги пойдут на пользу народу Израиля, и поэтому на многое закрывал глаза, - сказал Таланский. – За 16 лет у нас сложились очень близкие отношения. Я относился к нему с огромным восхищением. Я ничего не получил взамен, и даже не рассчитывал на это».

«Мне очень не нравилось, что нужно было давать наличными, я никак не мог понять, почему Ольмерт хотел наличными», - поведал суду Таланский.

После перерыва Таланский рассказал, что часть денег Ольмерт использовал на личные цели: на 25 тысяч долларов Ольмерт отдохнул с супругой в Италии. Вообще-то он брал эти деньги взаймы, но не вернул. Затем Таланский доплатил, чтобы Ольмерт мог поселиться в более дорогом номере в вашингтонской гостинице «Карлтон Риц». Когда Таланского спросили, зачем Ольмерт ездил в Вашингтон, тот ответил, что, насколько ему помнится, это была выставка картин жены Ольмерта, Ализы.

Таланский подчеркнул, что Ольмерт брал часть денег взаймы, но не вернул их. «Ольмерт обратился ко мне и сказал, что он превысил свой лимит по кредитной карте и попросил ссудить ему денег по моей кредитной карте «Американ экспресс. Это было за номер в отеле, за еду, за просмотр видеофильмов и так далее. Меня там с ними не было, и я никакого отношения к этому визиту не имею». «Несколько лет тому назад я попросил вернуть деньги и связался с сыном Ольмерта, но ответа не получил».

Ольмерт, как заметил Таланский, очень любил дорогие авторучки и сигары. «Я только знаю, что он любил дорогие сигары. Я знаю, что он любил авторучки, часы. Я находил это странным». Отметим, что в свое время юридического советника правительства, Мени Мазуза, просили рассмотреть жалобы на то, что Ольмерт коллекционировал дорогие авторучки стоимостью в тысячи долларов, и многие израильские и зарубежные бизнесмены знали, какой подарок будет приятен Эхуду Ольмерту. Однако Мени Мазуз не усмотрел в этом состава преступления и дело закрыл.

Таланский сказал, что давал деньги Ольмерту на политические цели, но довольно часто Шула Закен просила у него деньги и на другие цели, личного характера. В период с 2002 по 2005 год он десять раз встречался с Ольмертом, когда тот уже занимал должность министра промышленности и торговли, и каждый раз передавал ему конверты с деньгами.

Таланский давал Ольмерту деньги из своего кармана и собирал для него пожертвования в Нью-Йорке. По словам Таланского, он хотел помочь Ольмерту, поскольку его идеология и взгляды на Эрец Исраэль и сионизм совпадали с его собственными. «Он был красноречив, он был умен. Я почувствовал, что он будет лидером, каким я сам хотел бы быть, если бы у меня был талант, - сказал Таланский. – Мы собрали для него 100 тысяч долларов. Мы не были очень богатыми донорами, но это было на благо Израиля».

«Мне даже в голову не приходило что-то требовать для себя, мне это не было нужно, и просить что-то взамен для меня было бы богохульством. Я действительно любил этого человека».

Хотя показания Таланского считаются показаниями на судебном процессе, генеральный прокурор Моше Ладор подчеркнул, что эта процедура еще не доказывает, что Эхуду Ольмерту и Шуле Закен будет непременно предъявлено обвинительное заключение. Дело может принять любой оборот.

"Долг исчез, но чтобы деньги на это переводили?!"

Талански: "Мессер использовал мою компанию мини-баров для "затыкания дыры" в $380000 в товариществе (амуте) Ольмерта.

Он, не сказав об этом Ольмерту, вкладывал деньги в его амуту "Единый Иерусалим", которая субсидировала выборы Ольмерта на должность мэра столицы.

Прокурор показал Таланскому документы о двух денежных переводах со счетов его компаний, с помощью которых, очевидно, был закрыт долг амуты.

Таланский объяснил: "Мессер попросил меня подписаться под документом, в котором было сказано о покрытии долга, но я не знал, что долг исчез, а деньги на это действительно были переведены".

По словам свидетеля, Мессер сказал ему: "Ты можешь полностью на меня полагаться. Я не только адвокат амуты, но и твой адвокат".

Свидетельские показания Таланского - продолжение

В последней части основного допроса прокурор Моше обратился к Таланскому: "Полиция собиралась устроить Вам очную ставку с Ольмертом. Почему Вам нужна была эта встреча?

Таланский: "Я хотел сказать ему: так не поддерживают дружеские отношения, так не руководят страной".

Таланский: "Я знал, что когда-нибудь меня непременно вызовут по делам Ольмерта и Мессера".

Ладор: "Что вы сказали Шуле Закен на очной ставке?

Таланский: "Я напомнил, что передавал ей деньги, но она упорно молчала. Я стал жертвой. Меня ужасно запугала полиция. Вы сломали мне жизнь, мои дети должны были отвечать вам, где я нахожусь в каждую следующую секунду. Меня без предварительного звонка и договоренности, в 6 часов утра вытащили из дома моих детей на допрос. Я хочу одного: уехать домой".

Боровский: У нас коррупция, как в Таиланде

Бывший начальник Северного округа полиции и бывший начальник следственного отдела канцелярии госконтролера, генерал запаса Яаков Боровский считает, что в деле Ольмерта установлено самое главное - факт передачи неучтенных наличных, а уж на какие цели они пошли, и что получил с этого потом Таланский, имеет второстепенное значение.

В интервью нашему корреспонденту Бени Токеру Яаков Боровский сказал: «Когда речь идет о взятке, это всегда очень серьезно. Тот, кто дает иную интерпретацию передачи денег в конвертах наличными, обманывает себя».

На вопрос нашего корреспондента, может ли считаться передача денег взяткой, если не установлено, что Моше Таланский получил ответную услугу, Боровский ответил: «Я извиняюсь, это попытка ввести общественность в заблуждение. Почему имеет такое значение ответная услуга? В таком деле главное – доказать, что имела место передача денег. А в нашем случае премьер-министр, к сожалению, публично признал, что получал деньги. Самый большой вопрос, передавались деньги или нет. Если бы ответ был такой: «Я денег не получал, этот человек меня оговаривает», это одно дело. Но главный факт, факт дачи и получения денег, бесспорный. И если этот факт доказан, то нас уже меньше всего интересует, на какие цели пошли деньги. Это никого не интересует. Даже если эти деньги пошли на благотворительность. Неучтенные деньги наличными – это взятка. Эти деньги нельзя было принимать. Тем более, если непонятно, откуда эти деньги».

Бени Токер попросил генерала Боровского объяснить, в чем разница между Израилем и западными странами, где даже подозрение во взяточничестве приводит к немедленной отставке политического деятеля, а в Израиле этого не происходит. Возможно, необходимо доказать, что была услуга за услугу?

«В данном случае есть два принципа. Формальный принцип говорит, что пока вина народного избранника не доказана, он не покидает свой пост. И есть общественная норма. С формальной, юридической точки зрения, ответ на вопрос, должен ли государственный деятель покидать свой пост, пока его вина не доказана, отрицательный. Иначе у нас начнется беспредел. Поводом для отставки является обвинительное заключение.

Но есть еще и общественное мнение. Мне кажется, что общественный деятель, против которого выдвинуты такие суровые обвинения и начат судебный процесс (а то, что произошло сегодня, техническим или следственным процессом назвать никак нельзя, это судебный процесс, и свидетель дает показания под присягой перед коллегией суда), должен временно отказаться от исполнения обязанностей и защищать свое доброе имя, если он считает себя невиновным. В настоящее время идет самый настоящий судебный процесс, человек дает показания под присягой. Мне кажется, что он говорит искренне.

Более того, совершенно ясно, что полиция и прокуратура не настаивали бы на даче показаний Морисом Таланским, если бы его показания не подтверждались показаниями других людей – в частности. адвокатом Ольмерта Ури Мессером. Даже молчание Шулы Закен не помогает Эхуду Ольмерту. Насколько можно судить, Ури Мессер сдает (патрона) и подтверждает версию Таланского».

Бени Токер спросил, является ли Ольмерт исключением в нашей политической системе, или и других деятелей уличали в мошенничестве, обмане общественного доверия и взяточничестве.

«(Аврааму) Гиршзону (бывшему министру финансов) предъявлено обвинительное заключение. Он ушел в отставку с поста министра и сейчас, я полагаю, посвящает все свое время организации своей защиты, - сказал Боровский. – Что касается других деятелей в нашей насквозь коррумпированной системе, то тут ответ будет положительным. Достаточно сверить цифры».

«Есть разница между спорадическими получениями денег и систематическими. Вопрос заключается в том, когда человек переходит границу и начинает брать деньги или получать другие услуги? Безнаказанность стоит между отдельным случаем и систематическим получением взяток, это коррупция, возведенная в ранг государственной системы, как это происходит в Таиланде. Мы все больше приближаемся к таиландским, а не западным нормам, и это повод для серьезного беспокойства».

Яаков Боровский заметил, что «подарки» в виде заграничного отдыха, дорогих сигар, авторучек и квартир никогда не прошли бы с такими людьми как Менахем Бегин. Он попытался вспомнить главу правительства от левого лагеря из недавних предшественников Ольмерта для политического равновесия, но не смог.

«Коррупция начинается с безнаказанности. Один раз получилось, другой раз получилось, и так постепенно деятель дошел до 25 раз и до 250, и теперь думает, что ему все можно, что все в порядке».

«С общественной точки зрения, Ольмерт, безусловно, должен уйти в отставку. Неужели школьник, который услышит сегодня показания Таланского, будет гордиться своим премьер-министром? Какой пример он ему подает, моральной чистоты? Поэтому я считаю, что когда человек стоит во главе какой-либо системы, тем более, во главе государства, и он утратил моральный статус, он не может долго оставаться на своем посту.

Разумеется, если будет доказано, что эти подозрения являются клеветой и оговором, дело другое, но по фактам спора нет. Они доказаны. Глава правительства сказал: «Я не брал взятки, деньги шли на предвыборную кампанию». Но с 2002 по 2005 год не было предвыборной кампании, он был в это время министром промышленности, и все равно продолжал получать деньги. В руки полиции попали так называемые «дневники Шулы Закен», и в это время никаких выборов не было».

Публикацию подготовила В. Вексельман

Седьмой канал