Maof

Об интервью А. Либермана В. Ярмолинецу

Так похоже на Израиль, только это не Израиль.

Народное переложениеъ

Нельзя нам отдавать ни пяди земли!

Академик АНСССР Е. М. Лифшиц, в беседе с Ю. Нееманом

Недавно на сайте «Нового Русского слова» (NRS.com от 26.01.05) появилось интервью широко известного израильского политика А. Либермана, данное В. Ярмолинецу (см. также http://www.judea.ru/article.php3?id=1994 Кипрская модель для Израиля). Оно посвящено новой модели обустройства Израиля, в первую очередь разрешения арабо – израильского конфликта. Оказалось, что представления о решении этой проблемы у Либермана и известнейшего американского политического деятеля Г. Киссинжера (в списке интеллектуалов, лучше всего известных общественности, он идёт первым) в основных чертах одинаковы.

Причину конфликта А. Либерман видит не в претензиях двух сторон на одну и ту же землю, не в «оккупации» Израилем арабских территорий, а в религиозной и национальнойая нетерпимости арабов по отношению к проживающим вблизи евреям. Отсюда предлагается модель – устранить области соприкосновения путём необходимого разграничения территорий, подобно тому, как это было сделано для ликвидации греко-турецкого противостояния на Кипре.

Мой интерес вызвали несколько существеннейших моментов этого интервью, которые считаю нужным прокомментировать. Начну со следующего: «Мы»,-говорит Либерман, «предлагаем применить в Израиле кипрскую модель достижения мира. В течение длительного времени на Кипре бушевал греко-турецкий конфликт, которому было не видно конца. Как только греков и турок развели в стороны, сосредоточив греческую общину на одной части острова, а турецкую — на другой, на Кипре наступили мир и процветание. Аналогичную ситуацию мы можем наблюдать на Балканах, где развели в стороны Боснию, Хорватию и Югославию.»

Не обсуждая здесь план г-на Либермана по обмену территорий в деталях и по существу, отмечу, однако, что не являюсь его сторонником. Я допускаю, что так называемая «мировая общественность» примет его охотно в части передачи областей компактного проживания израильских арабов в руки палестинской автономии, а это автоматически будет способствовать её увеличению и, тем самым, огосударствлеванию, причём явно против намерения инициатора плана. Думаю, что израильские арабы на предназначенных к передаче автаномии территориях, став гражданами государства «Автономия» от израильского гражданства и соответствующих социально-экономических прав не откажутся. Что касается предпологаемой «присяги на верность Израилю» со стороны его арабских граждан, то она, даже будучи принята, едва ли сравняется по обязывающей силе с массовой врачебной «клятвой Гиппократа» или, тем более, с воинской присягой, а, скорее, напомнит четверостишие о футболистах, которые клянутся своим девицам в верности «и тут же клятву исполняют.»

В этой заметке позволю себе сосредоточится на самой Кипрской модели, демонстрируя отличие кипрской и израильской ситуаций. Чтобы это показать, приведу некоторые сведения о Республике Кипр. По данным Энциклопедии «Энкарта» Майкрософт за 2005 г. на Кипре, размером с Израиль, живёт примерно 800 тысяч человек. Из них 640 тысяч – грекоговорящие, владеют 2/3 земли, тогда как почти 1/3 территории принадлежит 90 тысяч турок; там же, сверх того размещается 23 тысячи солдат турецкой армии. На расстоянии 80 км от Кипра находится семидесятимиллионная Турция, на расстоянии 550 км – греческий Крит, а в 900 км – сама одиннадцатимиллионная Греция. Обе страны, и Турция и Греция – члены НАТО, связанные жесткими и выгодными им международными обязательствами.

Сначала турецкий, Кипр в 1925 г. был провозглашён Великобританией своей колонией. Движение за слияние с Грецией, возникшее ещё в 1879 г., особенно усилилось после Второй Мировой войны, когда его поддержали коммунисты, и завершилось после ряда греческих бунтов и террористической войны с англичанами провозглашением Республики Кипр в 1960 г. Вскоре, года с 1963го, начались притеснения турок, что завершилось их изгнанием на север острова. Ситуация изменилась с введением турецких войск и провозглашением в итоге, в 1983 г., Турецкой Республики северного Кипра. Все усилия Европы объединить Кипр в одно государство, включая приманку в виде членства в Евросоюзе, были отвергнуты большинством киприотов, последний раз в 2004 г.

Благоденствие Кипра, о котором говорит Либерман, характеризуется весьма неплохим доходом - 12.500 долларов на душу населения, что, однако, весьма скромно по европейским стандартам. Эту цифру уместно сравнить с израильскими 16.000 и сингапурскими 21.000. Я привожу данные за 2002 г. Сингапур упоминается как страна, в принципе сопоставимая с воображаемой «газской республикой» (см. заметку М. Я. Амусья и М. Е. Перельмана, Республика (эмират) «Газа»?, к примеру, на сайте МАОФ article.php3?id=4738&type=s&sid=10 ).

Напомню, что «разведение в сторону» для Югославии закончилось не «миром и процветанием», а её ликвидацией, полным захватом Косова ошалевшими от безнаказанности албанскими бандитами и изгнанием оттуда фактически всех сербов, да и остальных немусульман.

Итак, в чём же я вижу существеннейшие отличия кипрской и израильской проблем? Во-первых, на Кипре инициатором объединения его всего под властью Греции было греческое большинство, которое полностью изгнало турок из своей среды. Последние удержались на Кипре с помощью высадившейся турецкой армии, находящейся на Кипре и сегодня. Израиль не вытесняет арабов автономии, и, тем более, не понуждает арабских граждан Израиля к бегству. Нет в Израиле, как в более сильной из сторон, массовой ненависти и религиозной нетерпимости к арабам, подобной имевшей место на Кипре со стороны греческого большинства. Имеется лишь, как максимум, вызванная атаками и погромами неприязнь.

Во-вторых, вокруг Кипра нет влиятельных политических сил или государств, заинтересованных в продолжении конфликта на острове. Греция и Турция состоят, как упоминалось выше, в НАТО. Геноцид и полное уничтожение ни турецкой, ни, тем более, греческой общине, не грозят. Напротив, рядом и вокруг Израиля нет влиятельных сил и стран, заинтересованных в ликвидации конфликта, а арабская победа обернулась бы геноцидом евреев и, весьма вероятно, их полным уничтожением.

В-третьих, тот факт, что Кипр – остров – делает отделение сторон принципиально более простым предприятием.

Доказывая возможность убедить «квартет» в полезности своего плана, Либерман говорит: «Я встречался с представителем Путина на Ближнем Востоке и должен сказать, что он не упал в обморок от моего предложения». Такая реакция упомянутого представителя понятна, поскольку даже исчезновение Израиля едва бы вызвало обмороки у кого-нибудь из ведущих политиков мира, – просто одной головной болью стало бы меньше.

Заметное внимание уделяет Либерман и факту совпадения его и г-на Киссинджера подходов к сегодняшней ситуации вокруг Израиля. «Независимо друг от друга мы пришли к единому выводу о возможности решения израильско-палестинского конфликта», - говорит он. Такое совпадение меня, напротив, настораживает. И вовсе не потому, что Киссинджер как-то сказал: «Прежде всего я – американец, потом – госсекретарь, и уж затем – еврей». Такая позиция для не-израильского государственного деятеля естественна. Она, кроме того, звучит приятней высказываний по схожему поводу М. Олбрайт или Л. Троцкого. Кроме того, в связи с тем, что Киссинжер на сегодня не госсекретарь США, его еврейство переместилось с третьего на второе место, что внушает умеренный оптимизм.

Но, говоря серьёзно, весьма сложно забыть деятельность Киссинжера во время Войны Судного дня и после неё, когда он играл важнейшую роль в остановке израильского наступления в направлении Александрии – Каира и обеспечивал прекращение огня на весьма выгодных для Египта (с учётом разгрома его армии) условиях. Действия Киссинджера в адрес Израиля в период так называемой «челночной дипломатии» граничили просто с прямым обманом (см. Ю. Нееман, Политика без иллюзий, Иерусалим, 1988г., стр. 35-74). Мы приведём оценку Неемана, непосредственно взаимодействовавшего с Г. Киссинджером в тот период времени: «Его интересует только успех в ближайшем месяце. В лучшем случае, он способен продумывать события на несколько месяцев вперёд, а всё, что дальше этого – его не интересует». В этом свете, исходя из желания по-прежнему быть «в центре событий», следует рассматривать, на мой взгляд, и киссинджеровские недавние рекомендации Израилю уйти со всех территорий и достичь окончательной и полной договорённости с палестинцами прямо сейчас, да и его другие инициативы последнего времени.

Оценивая Киссинджера - политика как потенциально ценного советника, не стоит забывать и о его несколько двусмысленной роли в организации, вопреки мнению командующего американскими силами во Вьетнаме генерала Вестмореленда (правильность оценок которого подтверждена открытыми недавно архивными материалами), вывода войск США из Вьетнама, больше похожего на бегство, во время которого были брошены на милость северовьетнамцев местные союзники США. Победа ускользнула от США не в последнюю очередь благодаря антивоенным левацким массовым демонстрациям, действиям движений типа «Мир сегодня». Поражение вызвало общественный шок и паралич международной активности США на годы, а Г. Киссинжер за достижение мира, совместно с представителем Северного Вьетнама, получил в 1973 г. Нобелевскую премию мира.

Сравнительно недавно появились данные (см. статью На ЦРУ работали люди Эйхмана и ссылку там http://www.sedmoykanal.com/news.php3? id=78178), за достоверность которых, разумеется, ручаться не могу, что Г. Киссинджер в послевоннные годы занимался розыском квалифицированных нацистских специалистов в области разведки, но не для суда над ними, а для привлечения их на службу в ЦРУ. Сам Киссинджер, бежавший с родителями из Германии в Америку от преследований нацистов в 1938 г., никаких неудобств от использования бывших нацистов, как отмечается в цитируемой статье, не испытывал.

Словом, такой советчик и составитель планов умиротворения, уже проведший одно «отделение» от Египта в 1975 г., сейчас, в качестве сторонника второго, газского «отделения» мне доверия не внушает. И дело тут не просто в доверии, а в том, что по проверке кипрская модель Либермана, несмотря на или, может быть, благодаря знаменитому соавтору, не представляется способом разрешения «арабо - израильского» конфликта. Скорее, наоборот.

Итак, по моему мнению, кипрская модель для Израиля, как показано выше, не подходит. В случае её реализации, дело свелось бы к созданию ещё одного чисто арабского государства, при том без образования чисто еврейского, что лишь усугубило бы и без того сложные проблемы, стоящие перед Израилем.

Мирон Я. Амусья, профессор физики, Иерусалим.

Актуальный Комментарий

Кипрская модель и Израиль

Ещё из раздела

Новые публикации